Для политиков, а не людей
"Я - за рынок без базара", - эта мысль Виктора Черномырдина, оброненная им в декабре 1992 года при вступлении в место руководителя российского правительства, нежданно оказалась актуальной в Украине образца 2008−го. Государство, которое Евросоюз и Соединенные Штаты официально признали страной с рыночной экономикой, может очутиться на пороге полномасштабного экономического кризиса из-за базарной склоки представителей различных ветвей власти.
Мы привыкли, что политические кризисы чуть-чуть отражаются на деловой активности (если не мнить периода оранжевой революции). Нынешний год может сделаться исключением из-за огромного количества рисков и вызовов, которые появились перед отечественной экономикой. Не ненароком международные организации снижают позиции Украины в том или ином рейтинге - будь то оценка конкурентоспособности или состояния деловой среды. Не успели наши экономисты узнать, что по рейтингу конкурентоспособности, составленному Международным институтом развития менеджмента, мы оказались на предпоследнем месте (за нами только Венесуэла), как подоспела оценка рейтингового агентства Fitch. По индексу относительной уязвимости развивающихся рынков к инфляционным шокам, основанном на динамике инфляции, степени перегрева внутренней экономики, условиях денежно-кредитной политики и значимости внутреннего рынка государственных долговых обязательств, Украина заняла "почетное" второе местоположение следом Ямайки.
Дело не столь в структуре национальной экономики, сколь в непоследовательности экономической политики в последние месяцы. Так, большинство отечественных производителей узнали о единовременном снижении таможенных тарифов только тогда, когда это уже произошло, то есть во второй половине дня 16 мая (причем соответствующие поправки в Закон "О Таможенном тарифе Украины" ещё не приняты, а Гостаможслужба ссылается на соответственный протокол между Киевом и ВТО, прямое употребление норм которого не возбраняется без труда оспорить в суде). Министр финансов, обещавший, что не станет, как его предшественник, занимать средства за рубежом, уже вовсю готовится к выходу на внешние рынки заимствований, потому как бюджетная политика была неоправданно построена на огромных приватизационных поступлениях. Национальный банк в первую очередь допустил десятипроцентное отклонение рыночного обменного курса доллара от официального, а после этого продемонстрировал, что у него нет взаимодействия не только с другими органами власти, но и с собственным наблюдательным органом - Советом НБУ. Наконец, премьер-министр заявила о решении проблемы с задолженностью по поставкам газа, и все-таки дилеры банков считают: дисбаланс на валютном рынке произошел аккурат из-за того, что НАК "Нафтогаз Укра ни" прекратила приобретать валюту. Да и у Госкомстата нет информации (хотя раньше ведомство систематично сообщало такие данные) какой объем газа Украина импортировала в первом квартале.
Следом подоспела и тяжелая артиллерия: по правительству Юлии Тимошенко ударило то же оружие, которым БЮТ благополучно воспользовался в прошлогодней борьбе с Кабинетом министров Виктора Януковича. Так, летом 2007−го Конституционный суд признал неправомерным остановку предоставления социальных льгот на сумму 70 млрд гривен (Янукович заявил тогда, что не в силах реализовать это решение). Теперь суд признал неконституционной вторую количество закона о бюджете, тем самым отменив немного десятков различных налоговых норм. Правительство попыталось исправить ситуацию, протолкнув посредством парламент закон, восстанавливающий налоговое поле. Однако в прошлую пятницу президент его ветировал. Тимошенко привирает, когда говорит, что разрушена вся доходная доля бюджета (так, строй и ставки уплаты основных налогов никто не отменял, сохранены ещё рентная плата, сбор за геологоразведовательные работы, пользование недрами и специальное водопользование, экспортные пошлины на газ), но это вывод суда вправду разваливает бюджетное планирование в стране. Получается, что с 22 мая (дня оглашения решения Конституционного суда) действуют прошлогодние ставки налога на земельные участки, акцизного сбора на курево и спиртные напитки, уплаты сборов в социальные фонды, а кроме того многие другие нормы. Цена вопроса - 135 млрд гривен. Но видимо, наши политики полагают, что они стоят дороже.