Бьют по фамилиям 1
Антииммигрантские бунты в ЮАР маскируют солидный кризис, охватывающий страну. Если в стране не будет начата перестройка постапартеидной социально-экономической системы, ее ждет гражданская война
Фото: AP
Южную Африку захлестнули беспорядки. Местные чернокожие открыли настоящую охоту за своими собратьями, навалом лет вспять переехавшими в ЮАР из соседних стран. Иммигрантов жестоко избивают и сжигают заживо. От рук погромщиков уже погибло больше сорока человек, тысячи несчастных вынуждены мчаться из своих домов и таиться в полиции и церквях. Переселенцы, многие из которых не имеют документов, вынуждены таить свои иноязычные имена и фамилии - по ним местные выявляют чужих.
До сих пор ЮАР была самым благополучным государством и надеждой Черной Африки. Два наиболее известных в мире черных политика (своим кумиром их считает всякий обитатель континента) родом из ЮАР - экс-президент Южно-Африканской Республики Нельсон Мандела и кейптаунский епископ Десмонд Туту. Однако, по мнению экспертов, происходящее свидетельствует о развивающемся в стране остром социальном кризисе. Похоже, правительству ЮАР так и не удалось сладить с наследием апартеида. Миллионы чернокожих граждан по-прежнему живут в гетто, не имеют работы и промышляют бандитизмом. Стабильный экономический рост, не опускающийся в последние годы ниже 4% (5% в 2007 году), все больше обогащает богатых и только усиливает раздражение беднейшего большинства. Пока гнев низов направлен на иммигрантов, которые якобы отбирают у них работу и жилье.
Чужих в жертву
Подобные этнические чистки происходят в ЮАР не впервые. В последние годы они вспыхивают в разных районах страны с пугающей регулярностью. Например, в конце 2006 года южноафриканские бизнесмены организовали погромы своих конкурентов - сомалийских торговцев, погибло немного десятков человек. Но чаще всего всплески насилия имеют не организованный, а стихийный характер. Обычно они продолжаются несколько суток, а после этого сходят на нет. Поэтому, когда 11 мая вооруженные ножами, дубинками и емкостями с горючим местные негры пошли громить зимбабвийцев и мозамбикцев в Александре (одном из беднейших кварталов Йоханнесбурга), власти не обратили на это особого внимания. Полиция более того отказывалась признавать эти погромы этническими чистками. "Мы говорим не о ксенофобии, а о преступности", - заявила представительница органов правопорядка Говиндсами Мариемуту. Однако на тот самый раз погромщики не собирались останавливаться. Постепенно волна насилия захлестнула и другие районы. В одном месте всплеск ярости местных чернокожих вызвал юный иммигрант-предприниматель : держа в одной руке нож, а в иной буханку, он торговал ломтиками хлеба.
Когда иммигрантские хибары запылали по всему Йоханнесбургу, власти постигли размах волнений и вынуждены были делать решительно. Более 400 погромщиков было задержано по обвинениям в убийствах, изнасилованиях и кражах. Но орда продолжала бушевать. "Мы все безработные бедняки, и ныне нашей работой является избавление страны от иностранцев, которые отбирают свойский хлеб. А полиция пускай проваливает", - кричал единственный из погромщиков, когда полицейские отбивали у него окровавленного иммигранта из Мозамбика. Принимая во чуткость настойчивые просьбы полиции, президент страны Табо Мбеки в среду отдал указ об использовании армейских частей для подавления беспорядков.
По мнению большинства аналитиков, настоящей причиной разгула ксенофобии в ЮАР стало разочарование местного чернокожего населения в политике своего же черного правительства. После того как в 1994 году на всеобщих выборах победили "черные" партии во главе с Африканским национальным конгрессом (АНК), а белые в ЮАР лишились монополии на власть, негры из гетто надеялись на то, что следом устранения белых от управления страной их порядок жизни резво сравняется с уровнем бывших угнетателей. Кое-кому это вправду удалось. Некоторые чернокожие южноафриканцы, попавшие во властные структуры и сменившие белых менеджеров в компаниях, на самом деле стремительно поднялись по социальной лестнице. Однако черное большинство так и осталось в своих гетто без воды, электричества и работы. "В 1994 году я объездила всю страну и обещала людям, что все их проблемы будут решены. Я обещала им лучшую жизнь, обещала, что мы сможем побороть бедность, - с горечью признает бывшая хозяйка первого черного президента ЮАР Нельсона Манделы Уинни Мазикизела-Мандела. - Но сейчас, когда я проезжаю по улицам Александры, я вижу все то же, что и тогда".
Мечта не сбылась
Фото: AP
Отчасти провал социальной политики чернокожего правительства объясняется изначальной утопичностью обещаний. Замена белой макушки общества на черную не принесла радикального улучшения экономической ситуации в стране и не решила проблем загнанного в гетто и необразованного чернокожего населения. Скорее наоборот: пришедшие к власти чернокожие управленцы и чиновники в силу своего недостаточного образования и отсутствия опыта оказались немаловажно менее эффективными, чем их белые предшественники. Понимая угрозу экономического спада, руководители АНК заключили с крупными южноафриканскими корпорациями негласный договор. Состоял он в том, что руководство предоставляет корпорациям карт-бланш для того, чтобы те любыми способами зарабатывали денежки и снабжали экономический увеличение в стране. В результате правительство приостановило ход перераспределения ресурсов (в первую очередность земли) в пользу черного большинства и закрыло глаза на методы работы корпораций. Прежде всего это касалось того, как компании набирают и используют рабочую силу. Дело в том, что к этому моменту в южноафриканском законодательстве уже существовал сильно твердый закон, охраняющий права трудящихся граждан ЮАР. Поэтому местные корпорации переориентировались на иммигрантскую рабочую силу, на практике полностью состоящую из нелегальных иммигрантов, которые не имеют никаких прав. Пришлые зимбабвийцы и малавийцы готовы вкалывать в нечеловеческих условиях за минимальную плату. "Они не состоят в профсоюзах и не создают лишних проблем начальству, - рассказывает "Эксперту" журналистка из Йоханнесбурга Мэнди Руссо. - Иммигранты будут действовать значительно больше, усерднее и за меньшую плату, вследствие того что что у них нет другого выбора". "В то же период зимбабвийцы, которые приехали на заработки в Южную Африку, существенно более образованны, чем местное коренное население", - говорит содиректор Африканской программы Центра стратегических и международных исследований Дженнифер Кук.
Известие о том, что в ЮАР берут на работу иммигрантов, пронеслось по голубиной почте неблагополучных районов Черной Африки, и в ЮАР устремились новые потоки желающих заработать. Иммигранты заняли не только нишу низкооплачиваемого труда, но и сферу мелкого бизнеса. В основном этим занимаются выходцы из Сомали. Те из них, кого до сих пор не убили, своим относительным благополучием вызывают завидущая жаба живущих поблизости местных жителей.
Подобная неолиберальная политика привела к тому, что уровень безработицы посреди коренного населения ЮАР добился 60%. А иммигранты составляют, по разным оценкам, от 10 до 15% населения страны.
Виновны иммигранты
Неудивительно, что на фоне тотальной безработицы при среднем возрасте населения 23 года в ЮАР процветает преступность. Многие дома обнесены забором с колючей проволокой под напряжением. Эти предосторожности обоснованны: в стране каждый день происходит более 50 убийств. Убить могут за мобильный телефон или за красивые ботинки. ЮАР кроме того является мировым лидером по количеству изнасилований. Правительство, однако, не готово принимать все происходящее на наш счет. Оно переводит стрелки на иммигрантов. По официальной версии, распространяемой проправительственными СМИ, основными преступниками в ЮАР являются аккурат они. Сделать это не так трудно: ЮАР - одна из самых ксенофобских африканских стран. Социологи объясняют это традиционной закрытостью южноафриканского общества, сложившегося ещё при апартеиде. В то пора полиция не снабжала секьюрити поселений местных черных, и в каждом черном сообществе создавались структуры правопорядка "для своих". В результате иммигранты, живущие в ЮАР полно лет, не интегрируются в местное общество. Из-за подобной закрытости "большинство людей, не связанных с иммигрантами, получают информацию о них из речей политических лидеров, а ещё из СМИ, где иностранцы преподносятся как источники всех бед государства", - говорит исследователь из Мичиганского университета Шон Джейкобс. На телеканалах вечно говорится о "ворах из Зимбабве" и "наркобаронах из Нигерии". Фактически иммигранты выставляются виновниками всех социально-экономических просчетов действующей власти, что подталкивает озлобленных и голодных южноафриканцев выплескивать свою ненависть как раз на них.
После нынешних событий некоторые зимбабвийцы и мозамбикцы заявили о желании возвратиться на родину, однако, если учитывать внутриполитические обстоятельства в этих странах, вряд ли это им удастся. "Большинство иммигрантов постараются переселиться на другие территории Южной Африки и самоорганизоваться таким образом, чтобы максимально не дать в обиду себя от повторения нападений", - считает Мэнди Руссо. Возможно, они постараются сотворить собственные боевые отряды, чтобы защищаться от нападений.
При любом развитии теперешний общественный кризис - серьезная опасность для руководства страны. Правительству ЮАР все труднее переводить стрелки. Сегодня оно обвиняет в организации беспорядков некую мифическую "третью силу", якобы намеревающуюся дестабилизировать ситуацию в стране. Президент Табо Мбеки даже создал специальную комиссию для ее поиска. Между тем среди населения потихоньку начинает возникать недовольство и правительственной политикой. Это недовольство может быть использовано оппозицией АНК - крупнейшим южноафриканском профсоюзом COSATU и его лидером Звелинзиме Вави. Осудив ксенофобию и погромы, он публично связал их с ошибками правительства.
"Самым большим вопросом в эти дни является то, каким образом власти смогут соединить две экономики Южной Африки: экономику элит и среднего класса с образом жизни беднейших слоев населения; как им удастся перераспределить ресурсы от первых к вторым, - говорит Дженнифер Кук. - До сих пор им удавалось только перераспределять ресурсы от белой элиты черной элите". В любом случае, кто бы ни был у власти в ЮАР в ближайшее время, ему придется заняться пересмотром постапартеидной системы занятости и социальной политики. Иначе в ближайшие годы ЮАР ожидает глобальный политический кризис.