Бодхисатвa - марксист 3
Накануне подавленных китайскими властями беспорядков в Тибете церковный вождь тибетцев, реинкарнация бодхисатвы Авалокитешвары, воплощение бесконечного милосердия всех Будд Его Святейшество Далай-лама XIV сказал, выступая в Ахмедабадском институте менеджмента (Индия): "Я монах-марксист, буддист-марксист. Я принадлежу к марксистскому лагерю, потому как в различие от капитализма марксизм больше этичен. Как идеология марксизм заботится о благосостоянии работников и верит в распределение благ между всеми людьми в государстве". Однако если это заявление и поразило кого-то из присутствовавших, то только тех, кто мало знаком с личностью тибетского первоиерарха
Далай-лама XIV Тенцзин Гьяцо занимает тибетский трон с 1940 года - тогда ему не было и пяти лет
Далай-лама не сошел в Ахмедабаде с ума, не открыл никакой страшной тайны и более того не думал шутить. Все высказывания и публичные жесты Его Святейшества скрупулезно продуманы, и случайных посреди них быть не может.
Симпатии к социалистическим идеям и марксизму появились у него ещё в юности. В своей автобиографии "Свобода в изгнании" (1990) он так рассказывает о своем визите в Пекин в 1954 году и встрече с Мао Цзэдуном: "...тем не менее я выразил стремление сделаться членом партии. Я был уверен - и до сих пор убежден в этом, - что может быть выработать синтез буддизма и чистого марксизма, тот, что был бы на деле эффективным средством ведения политики".
Несмотря на приверженность идеям марксизма и особое чуткость к идеям равенства, отношения с китайскими коммунистами у Далай-ламы XIV не сложились. Мировая общественность видит в нем борца с коммунистическим режимом Пекина за права человека и свободу, притесняемого китайским правительством Тибета. В реальности обстановка около Тибета неблизко не так однозначна. И немного что свидетельствует об этом так явно, как сама фигура Далай-ламы XIV, сыгравшего и продолжающего игрывать ключевую образ в истории нынешнего тибетско-китайского противостояния.
Сказать о Его Святейшестве, что он религиозный лидер тибетцев (а ещё монголов, бурят, тувинцев и многочисленных и сильно влиятельных приверженцев буддизма на Западе), будет верно, но недостаточно. Еще в меньшей степени определяет его истинную роль то, что он глава тибетского правительства в изгнании, а до 1959 года - верховный владыка Тибета. Далай-лама XIV Тенцзин Гьяцо сам по себе, самостоятельно от его постов в церковной или светской иерархии, является, если так позволительно выразиться, могущественной духовной силой или сущностью. Как и 13 его предшественников, начальный из которых появился на Земле в 1391 году, Его Святейшество принадлежит к бесчисленному ряду земных воплощений бодхисатвы Авалокитешвары, олицетворяющего в буддизме милосердие и являющегося покровителем Тибета.
Немецкие исследователи феномена тибетского буддизма Виктор и Виктория Тримонди характеризуют Далай-ламу V (1617-1682), прозванного тибетцами Великим Пятым, как "государственного мужа, жреца, историка, грамматиста, поэта, художника, архитектора, любовника, пророка и черного мага в одном лице". Далеко не все из этих характеристик применимы к нынешнему воплощению Великого Пятого. А некоторые из них, к примеру "любовник" или "черный маг", скорее всего, несложно оскорбят его последователей. Однако эти оценки сильно точно передают универсальную, космическую природу феномена далай-ламы.
18 марта новостные агентства разнесли сенсационную весть: шокированный антикитайским насилием, которым сопровождались в Тибете акции протеста, Его Святейшество, находясь в своей нынешней резиденции - североиндийском городке Дхарамсала, заявил: "Нравится нам это или нет, нам (тибетцам и китайцам. - "РР") придется существовать бок о бок дружбан с другом. Мы должны выступать супротив китайской политики, но не против самих китайцев. Не на основе расизма!" И если "ситуация выйдет из-под контроля", "единственным выбором" для него будет "полностью покинуть в отставку". Однако любому человеку, хоть чуть-чуть знакомому с тибетскими реалиями, ясно, что воплощение бодхисатвы Авалокитешвары не может (!) изменить наш космический, сакральный статус. И действительно, вскоре позже этого заявления помощник Его Святейшества Тенцзин Таклха пояснил: "Если бы тибетцы избрали тракт насилия, ему пришлось бы оставить в отставку, оттого что он на сто процентов привержен ненасилию. Он ушел бы в отставку как политический лидер и глава государства - но не как далай-лама. Далай-ламой он будет всегда".
Суть отношений далай-лам с владыками соседних буддистских государств веками определялась концепцией "чё-йон" : "духовный наставник - патрон-милостынедатель". Это крайне древняя концепция, восходящая к индийскому буддизму. Религиозный лидер, знаток буддистского учения духовно окормляет своего патрона, наставляя его и ритуально обеспечивая благополучие его страны. А проблема (и долг) царя-покровителя - радеть обо всех материальных нуждах наставника и оказывать ему поддержку силой оружия.
Как фиксируют идеологи тибетской независимости и их критики, методика "духовный наставник - царь-покровитель" добро работала в традиционном мире, до проникновения в регион современных идей о нации, национализме и национальном суверенитете. Реалии XX века заставили и тибетцев, охватывая их элиту, осваивать националистические ценности.
Владычество далай-лам носило какой угодно, только не национальный характер. Упоминавшиеся выше супруги Тримонди считают его прямо антинациональным: ""Желтая церковь" проповедовала свои буддистские догматы, взывала к своим божествам и преследовала свои экономические интересы - но не интересы тибетцев как единого народа. Именно потому духовенство ни при каких обстоятельствах не испытывало ни малейших колебаний, вступая в союз с монголами или китайцами против обитателей Страны Снегов".
Сейчас же далай-лама и его приверженцы позиционируют себя в первую очередность как глашатаи тибетских национальных интересов. Вот слова его обращения к "китайским братьям и сестрам" 28 марта: "Моей главной заботой, как я повторял уже полно раз, является выживание самобытной культуры, языка и идентичности тибетцев". Однако такое постижение роли вождя нации ему (и окружающим его эмигрантским структурам) было свойственно не всегда.
Конфликт кругом Тибета, не затихающий с 1949 года, нелегко окрестить национально-освободительной борьбой в традиционном смысле слова. Хотя налицо и межнациональные противоречия (волнения 14 марта, например, вылились в антикитайский погром), и целиком реальные и широкомасштабные нарушения китайским режимом прав человека в Тибете.
Беспорядки в Тибете 14 марта вылились в антикитайские погромы
И сам Далай-лама XIV, и различные представители тибетской эмиграции неоднократно с громадный болью говорили о разрушении экологии страны, о ядерных и токсичных отходах на Тибетском плато, об уничтожении китайскими и западными охотниками редчайших видов животных... Для культуры, основанной на ахимсе - "ненанесении вреда живым существам", - такое в особенности болезненно. К этому разрешается добавить жесткие меры по контролю над рождаемостью среди тибетцев. Этот народ, численность которого составляет возле 5,5 млн человек, казалось бы, не должен подпадать под действующую в КНР политику "одна семейство - единственный ребенок", которая касается национальностей численностью более 10 млн человек. Однако с середины 80−х годов меры насильственного планирования семьи стали использоваться и к тибетцам. Официальные документы правительства в изгнании приводят леденящие душу примеры насильственной стерилизации, абортов и даже детоубийств.
В результате трагических событий 1959 года, которым китайские и тибетские идеологи дают взаимоисключающие оценки, 24−летний Далай-лама XIV вкупе со своим двором и многими десятками тысяч простых тибетцев оказался в эмиграции в Индии. Борьба за "свободу Тибета", знаменем и вольным или невольным лидером которой он стал, разом превратилась в один из фронтов "холодной войны". И тибетские сепаратисты сражались в ней на стороне Запада. Часто с оружием в руках. На финансы и при активной поддержке ЦРУ.
Даже официальная публикация департамента информации и международных отношений Центральной тибетской администрации ("Тибет. Правда, основанная на фактах"), говоря о "национальном восстании" 1959 года, признает: "Робкая подмога ЦРУ восстанию серьезно началась только тогда, когда оно закончилось". Об истинном масштабе участия американских спецслужб в организации тибетского сопротивления в 60-70−х годах не возбраняется судить по изданной в 2002−м году, богато документированной книге политолога Кеннета Конбоя и кадрового военного Джеймса Моррисона "Тайная махаловка ЦРУ в Тибете". Там рассказывается о тренировочных лагерях для тибетских повстанцев в штате Колорадо, о тайных военных операциях в Тибете с участием наемников ЦРУ и при поддержке авиации и даже об участии американских спецслужб в организации побега далай-ламы сквозь китайскую границу. По оценке Конбоя и Моррисона, ЦРУ "поощряло восстание Тибета против власти Китая и в конце концов стало легко контролировать еще неоперившееся движение сопротивления".
Далай-лама - религиозный лидер не только тибетцев, но и монголов, бурят, тувинцев, приверженцев буддизма на Западе
Джон Кеннет Наус, в 1958-65 годах возглавлявший оперативную группу ЦРУ по Тибету, утверждает: "Это не было без затей одной из нелегальных операцией ЦРУ... Инициатива исходила... от всего правительства США в целом".
А 2 октября 1998 года газета "Нью-Йорк Таймс" опубликовала заявление администрации далай-ламы , в котором она признала, что на протяжении 60−х годов получала от ЦРУ ежегодную субсидию в $1,7 млн. Эти средства шли на подготовку добровольцев и финансирование партизанских операций против китайских властей. В том же заявлении отрицалось, что Его Святейшество извлекал какую-либо личную выгоду из ежегодной субсидии в $180 тыс., предназначенной для него самого. Эти деньги, по словам функционеров из Дхарамсалы, тратились на содержание офисов в Женеве и Нью-Йорке , а кроме того на международное лоббирование интересов правительства далай-ламы.
Встреча "великого кормчего" и первого председателя КНР Мао Цзэдуна (в центре) и реинкарнации бодхисатвы Авалокитешвары Далай-ламы XIV (справа) в 1956 году
Официально санкционированное участие американских спецслужб в тибетском конфликте было свернуто в 1974 году на волне потепления китайско-американских отношений потом визита президента Ричарда Никсона в Пекин. Однако за без малого полвека, прошедшие с 1959 года, тибетская эмиграция обзавелась широким куда ни кинь сторонников на Западе, среди которых полно богатых и влиятельных людей. Достаточно прозвать профессора Роберта Турмана - личного друга и ученика далай-ламы , известного ученого-тибетолога из Колумбийского университета, президента крупного нью-йоркского культурного центра Tibet House, человека, в 1997 году признанного журналом "Тайм" одним из 25 самых влиятельных американцев, и... отца кинозвезды Умы Турман. Или голливудских звезд - саму Уму Турман, Ричарда Гира, Стивена Сигала, и звезд рок-н-ролла словно бы группы Rage Against The Machine, и нетрудно тысячи образованных, платежеспособных и социально активных европейцев и американцев. Не все они исповедуют тибетский буддизм, но все готовы помогать "донкихотское движение за отбояривание Лхасы от правления Пекина" (из статьи о Турмане в "Тайм") всеми доступными им средствами. Поэтому акции солидарности с протестующими тибетцами прокатились по всему западному миру - от Канады до Швейцарии, от Исландии до Австралии.
И эти люди - не только "агенты влияния" Дхарамсалы в Европе и Америке. Они еще и "агенты влияния" Запада (в широком смысле) на Дхарамсалу. И если далай-лама начнет акцентировать в своих выступлениях какие-либо ценности, отличные от набора либеральных и правозащитных штампов, он может лишиться этой до того ценной для него поддержки. Это ставит его в шибко сложное положение: как социалист, он сторонний для строителей социализма в Китае, как либерал - начинает активизировать отсутствие понимания у западных правозащитников. Этот буддистский лидер говорит нимало не то, что делают его подданные в Тибете. А его призывы к ненасильственным акциям идеально не вяжутся с лозунгами и стилем действий тех, кто выходит ныне протестовать на улицы тибетских городов.
Фото: Corbis/RPG; Magnum/Agency.Photographer.ru; Reuters