Мечта семнадцатилетней выдержки
Действующий закон о СМИ, принятый ещё в 1991 году, устаревает. С этим согласны и депутаты Госдумы, и медиасообщество. Но не разрешено допустить, чтобы новая редакция закона разрабатывалась без участия самих СМИ - вопросительный мотив чрезмерно серьезен
Фото: Сергей Жегло
В минувший понедельник Государственная дума приняла вывод снять с рассмотрения поправку к статье 4 закона "О средствах массовой информации". Напомним, что в первом чтении эта поправка, предполагающая возмездие для СМИ "за распространение заведомо ложных сведений", была принята 25 апреля (см. "О клеветах" [1], "Эксперт" 17 за 2008 год). Автор проекта народный избранник от "Единой России" Роберт Шлегель (бывший пресс-секретарь движения "Наши"), предлагал вручить исполнительной власти полномочия независимо предуготовлять факт клеветы в СМИ, сносить предупреждения, а затем трех предупреждений требовать их закрытия сквозь суд. Инициатива Шлегеля вызвала скандал, единороссы более того посвятили ей специальную внутрипартийную дискуссию с участием всех трех партийных клубов, вопрос о судьбе поправки обсуждался на президиуме думской фракции ЕР.
Представители правящей партии были единодушны: инициатива молодого коллеги если и затрагивает реальные проблемы, стоящие перед отраслью, то совсем не способна их решить. Кроме того, по мнению партийного клуба "4 ноября", поправка Шлегеля "может нести в себе угрозу необоснованных и произвольных санкций в отношении средств массовой информации". Поправку осудил вождь ЕР Борис Грызлов, тот, что вдобавок сослался на нелестное взгляд о ней президента Дмитрия Медведева. Хотя непонятно, какой рациональный довод мог вынудить депутатов голосовать за эту поправку в первом чтении, ладно уже то, что российские СМИ будут избавлены от последствий законодательного творчества самого юного (23 года) народного избранника Государственной думы.
Однако предмет с повестки дня не снята. В качестве альтернативы "поправке Шлегеля" парламентское большинство намерено принять новую редакцию Закона о СМИ, план которой планируется спроектировать к ноябрю. Возглавить рабочую группу по подготовке проекта поручено первому вице-спикеру Олегу Морозову. Грызлов заметил, что "Закону о СМИ уже невпроворот лет, в текущий момент он прямо не соответствует тому состоянию, в котором находится наша страна". По мнению спикера, проблемы с защитой свободы слова истинно есть: так, в существующей редакции закона отсутствует четкое разграничение ответственности между авторским коллективом и владельцами издания, из-за чего на страницах газет и журналов порой появляются "сведения, которые не разделяются редакцией".
Медиасообщество соответственно с тем, что функционирующий Закон о СМИ нуждается в изменениях. Но оно опасается, что поправки будут подготавливаться без его участия и без учета его интересов. Часть депутатов - Шлегель тут только самый-самый ослепительный образец - склонна взирать на журналистов как на заговорщиков, все час пытающихся подорвать государственные устои. Поэтому воспрещено исключить, что новая редакция закона будет разрабатываться в режиме спецоперации, втайне от представителей СМИ. Такой тракт будет порочным. И потому, что качественный закон нереально разработать, не принимая в расчет точка зрения тех, чью занятие он будет регулировать. И потому, что медиа - материя тонкая и чувствительная, а между тем их свойство и мощь - непременное обстоятельство успешного развития страны. И потому, что медиасообщество готово к участию в разработке новой редакции закона, и было бы нетрудно неумно не принимать от него помощи в этой работе.
Собственник есть, а понятия нет
"Это был закон-мечта , он вобрал в себя все то, что мы обсуждали на советских кухнях, в советских редакциях, все то, что мы представляли себе в качестве свободной прессы, - говорит в беседе с "Экспертом" глава Медиасоюза, член Общественной палаты Елена Зелинская. - И наши мечты сбылись. Именно на базе принятого в 1991 году Закона о СМИ выстроилась вся современная российская пресса. Однако при темпах изменений, происходящих в нашей стране, когда год идет даже не за два, а за пять, закон в некоторых своих положениях устарел и нуждается в корректировке".
Первое (здесь, кстати, медийное сообщество и депутаты, кажется, целиком товарищ с другом согласны), чего во что бы то ни стало должны тронуть изменения, - это отношения между собственником, издателем и авторским коллективом. Причина проста: семнадцать лет вспять таких понятий, как "собственник" и "издатель", легко не существовало, ключевую образ играл основной редактор, ныне зачастую становящийся таким же наемным служащим, как и остальные журналисты. "Тем не менее понятие "собственник", в законе на практике не отраженное, является одним из ключевых", - соглашается основополагающий редактор "Комсомольской правды" Владимир Сунгоркин.
Кстати, явление этих разграничений - прибавочный заслон для так называемой джинсы. Опрошенные "Экспертом" представители СМИ практически единодушны во мнении: времена, когда капиталы за заказной материал получал прямо журналист, давнехонько прошли, коррупционные сделки сейчас осуществляются либо на уровне главных редакторов, либо, чаще, на уровне собственника. А в этом месте та же самая проблема: притянуть к ответственности владельца в текущее время достаточно сложно. Впрочем, у коррупции в СМИ есть и еще единственный регулятор: на внутрикорпоративном уровне коррупционность журналистов, в особенности если она связана с участием в конкурентной борьбе компаний или распространением ложной информации, осуждается, для целого ряда изданий и работающих в них журналистов их деловая репутация важнее сомнительных денег. "Мы для себя проблему коррупции в СМИ решили просто, мы не печатаем заказухи", - выделяет первейший редактор "Коммерсанта" Андрей Васильев; что же до тех изданий, где от "джинсы" не отказываются, то вряд ли эту проблему позволительно решить, меняя только один-единственный закон.
Есть и другие предложения. По мнению многих, Закону о СМИ не хватает отдельного раздела, регулирующего положение интернет-изданий : сегодня их уже много, и они развиваются быстрыми темпами, оставаясь при этом за пределами правового поля. "Когда писался закон, интернета без затей технически не было, - напоминает Елена Зелинская. - А сейчас это грядущее отрасли, и абсолютно понятно, что эта область должна законодательно регулироваться".
Свобода и деньги
Категорически супротив внесения каких бы то ни было фундаментальных поправок в Закон о СМИ выступают его авторы: по их мнению, работающий закон является своеобразной конституцией, основой развития отрасли, которую безупречно не непременно переписывать, раздувая до необъятных размеров; довольно дополнять ее отдельными новыми законами. Секретарь Союза журналистов России Михаил Федотов напомнил "Эксперту", что были попытки разработать отдельный закон о телевидении и радиовещании, об общественном телевидении, привнести поправки в Закон о рекламе. Если есть надобность регулировать интернет, то и здесь, по его мнению, необходим отдельный закон, в том числе объясняющий крайне большой терминологический аппарат Всемирной сети. "В Законе о СМИ тогда придется объяснять, что такое сайт и тому подобное, для чего его этим отягощать?" - недоумевает Федотов.
Но это, по мнению автора закона, неблизко не самое главное. Для нормального развития медиа необходимо, чтобы они оставались экономически независимыми. О чем, кстати, неоднократно заявлял Владимир Путин, когда занимал пост президента России. В 2002 году, наложив вето на поправки в Закон о СМИ, капитально ограничивающие участие журналистов в освещении контртеррористических операций, глава государства подчеркнул, что средства массовой информации будут по-настоящему свободными только тогда, когда "станут независимы экономически"; в свою очередность их независимость - это залог того, чтобы "государство не возомнило себя непогрешимым". "И где гарантии этой экономической свободы? - продолжает г-н Федотов. - Проблема монополизации СМИ воистину существует, и при помощи имеющегося антимонопольного законодательства ее не решить".
Специальные антимонопольные законы для средств массовой информации действуют во многих странах: грубо говоря, если у тебя есть крупная газета, то ты уже не можешь быть владельцем двух телеканалов, а если ты имеешь телеканал, ты уже не можешь вольно приобретать газеты. Это помогает сберечь информационный плюрализм. В России же никаких ограничений для этого нет, и если на федеральном уровне еще сохраняется какой-то баланс сил, то в регионах зачастую либо существует один медиахолдинг, контролирующий все экономически, либо создаются два-три холдинга, конкурирующих между собой экономически, но политически всецело подконтрольных губернатору. По словам Михаила Федотова, в 2002 году он разрабатывал законопроект "Об основах экономических отношений в средствах массовой информации", сейчас он, конечно, уже устарел, но тем не менее подобная служба велась. Ее разрешено продолжить, а вслед за тем уже вписать необходимые технические поправки в Закон о СМИ.
Кстати, раз уж начинать за Закон о СМИ, недурно бы понимать, что проблемы государственного регулирования отрасли вдалеке не исчерпываются несовершенством законодательных норм. "Пока не будет изменена организация почтовых тарифов, система журнального и газетного ритейла, бессмысленно произносить о каких-либо изменениях в этом законе. Нужны приличные почтовые тарифы, нехай они растут на 20-30 процентов в год, превышая порядок инфляции в три раза, - делится своими соображениями первый редактор "Новой газеты" Дмитрий Муратов, - но нынешние темпы роста тарифов сверх меры велики".
Надо заметить, что этой проблемой серьезно озабочено и Федеральное агентство по печати и массовым коммуникациям, в своем ежегодном докладе в конце апреля подчеркивавшее, что отношения между "Почтой России" и периодической печатью порой начинают напоминать полномасштабную войну. Только в первой половине 2007 года обычный подъем тарифов ФГУП "Почта России" составил 56%. Естественно, из-за таковый тарифной политики издатели периодической печати массово теряют подписчиков, представители агентства даже обратили на это чуткость Дмитрия Медведева, но заключение покуда так и не принято.
Признают они и недостаточную прозрачность и эффективность рынка распространения, для издателей отечественная система распространения является самой дорогой в мире. В прошлом году крупные издательские дома, пытаясь снизить расходы на распространение продукции, инвестировали значительные суммы в создание собственных сетей, и все-таки изменить ситуацию кардинальным образов так и не удалось. Очевидно, что рынку распространения необходима откровенная и прозрачная дискуссия с участием издателей, по итогам которой не возбраняется было бы выработать оптимальное ориентация развития, чтобы печатная продукция стала максимально доступна для потребителей, фиксируют в федеральном агентстве.
"Нужна дискуссия. Нужно, чтобы сама индустрия создала поправки в закон, а если она этого не сделает, нам такого напишут..." - говорит г-жа Зелинская. И навык законопроектной работы у журналистского сообщества есть: четыре года назад, напоминает Владимир Сунгоркин, была проведена колоссальная аналитическая работа, в которой приняли участие как министерские чиновники, так и такие видные медиадеятели, как Константин Эрнст, Павел Гусев, Алексей Венедиктов и другие, был создан свежий закон о средствах массовой информации. Тогда он прошел немало инстанций, но было ликвидировано Министерство печати, и работа над текстом закона была прекращена. "Возможно, тот самый закон следовало бы достать и использовать", - добавляет г-н Сунгоркин.
Ссылки
- [1] /columns/2008/04/28/raznoe/