О продукции наших мыловарен 6
Вспоминается мне первая лекция историка Владимира Борисовича Кобрина. "Насторожит ли вас что-нибудь , - обратился он тогда к аудитории, - если я скажу, что Пушкина вез на дуэль крепостной водитель Василий?" Выждав, покуда самоуверенные детки отдадут должное преподавательской шутке, лектор добавил серьезно: "Ну и над чем вы смеялись? Вы сами аккурат так и представляете XVI или XVII века; это такая же правда, как то, что для ваших внуков и крепостной шофер не покажется смешным".
Но история завсегда была вотчиной специалистов. Даже и не знаю, имеет ли толк бранить сегодняшние исторические фильмы за их недостоверность. Было бы занятно и зрелищно, а нюансы выпушек, погончиков и петличек могут подметить только те, кто все одинаково не станет глядеть массовое кино. По обоюдному соглашению сторон на экране вовсю газуют крепостные шоферы, но в целом исторические фильмы не стали хуже, чем были полвека назад.
Зато здорово не по себе делается, когда невзначай вглядишься в какой-нибудь "современный" сериал. Уже не основополагающий год модно, чтоб действо начиналось в конце 70−х, а заканчивалось в наши дни. (Только что на Первом телеканале завершилось нечто подобное, не первое, но и не последнее, называлось "А все-таки я люблю".) Когда видишь "семидесятые" эти годы, кажется, словно кто-то нагло перекраивает твое собственное детство. "Представьте себе такую вещь: я, скажем, один раз гулял по чудным местам, где бегут бурные воды и повилика душит столпы одичалых развалин, - пишет Набоков не о мыльных сериалах, но об их законных предках - "дамских романах", - и вот, через невпроворот лет, нахожу в чужом доме снимок: стою гоголем около очевидно бутафорской колонны, на заднем плане - белесый мазок намалеванного каскада, и кто-то чернилами подрисовал мне усы. Откуда это? Уберите эту мерзость! Там воды гремели настоящие, а главное, я там не снимался никогда".
Вот героиня сериала наряжается к свадьбе в платье "по последней парижской моде": гладкое безрукавое "джерси" до коленок. Ох, обманула девушку портниха! Это же шестидесятые годы, причем шестидесятые годы, обильно представленные в мировом кинематографе. Это не несложно платье, это образ и символ шестидесятых годов, в особенности если дополнить его прической "бабетта". Но и "бабетту" почему-то разрешается увидать в том же сериале - в сочетании с платьем а-ля Барбара Брыльска в "Иронии судьбы". В таком платье я ходила в школу. К этому фасону полагались "каре", "сессуны" или без затей распущенные волосы. А джинсы-то , джинсы! Да ни одна тогдашняя барышня не надела бы узких джинсов более того под дулом автомата. Носили клеш от бедра, клеш от колена третировали как старомодный. Но узкие джинсы - это сызнова же шестидесятые. Другая героиня собирается в гости, наряжаясь уж вообще по моде пятидесятых: голые плечи, облегающий лиф и юбка-колокол.
А где же чудовищные "платформы", где сабо на деревяшках, испортившие походку целому поколению, где сапоги-чулки ? На какие-то , впрочем, сапоги отрицательная героиня "раскручивает" своего молодого человека. "Ладно, поехали за сапогами в ГУМ", - в конце концов произносит он. Героиня радуется, визжит и бросается юноше на шею. А чему, собственно говоря, радоваться? Чисто ненароком моднячие сапоги позволительно было, конечно, достать и в ГУМе. Но только ненормальный поехал бы в ГУМ за сапогами прицельно. Нормальный поехал бы в "Березку" или к фарцовщику. Ах, тот самый таинственный колорит рубежа восьмидесятых, так, бывало, обескураживавший иностранцев! По улицам Москвы ходили превосходно одетые девушки, а то, что лежало на прилавках магазинов, не годилось даже для их бабушек.
Фарцовщик - непременный столичный персонаж того времени, этакий же как хиппи и панк. А антисоветчики, самиздат, ходивший по рукам? Среди самиздата - не только политика, но ещё мистика-оккультистика , непременный Кастанеда, которым взахлеб зачитывались даже люди взрослые и степенные. Помянутый выше Набоков, кстати, также был доступен только в самиздате. А карате, а "экстрасенсы", а йога, а всякие водные роды на дому? А в соседнем доме - тайные крестины и венчания. А подвальные театрики "на досках"? А так называемая "самодеятельная песня" с ее многотысячными лесными сборищами? Если снимать "мыло" об этом времени, то зачем бы не снять так, чтоб оно отличалось от нынешнего хоть чем-то , помимо отсутствия мобильных телефонов?
Ведь это не XVI век, это ещё не растаявшее прошлое. Если допустить (в чем я позволю себе усомниться), что все нынешние мыловары - люди моложе тридцати, все равно оно еще нетрудно реконструируется. Существуют, кроме того, и превосходные проекты как будто "Вспомним те годы", снят даже сильно качественный нашенский аналог. Ведь, по сути, мыловары со всей откровенностью оскорбляют и обитателей семидесятых и сегодняшнего своего зрителя, абы как подсовывая ему "бабетты" и в открытую поплевывая на историческую психологию.
Такой, к примеру, эпизод. Молодая особа лежит в родильном доме. Сообщает соседке по палате, что супруг ее кинул и "мы с дочкой ему не нужны". "Ничего, - сердобольно утешает ее соседка. - Зато партии нужны все". По степени идиотизма это напомнило америкосский фильм, где советские матросы-подводники в свободное час поют хором "Интернационал". Тоже, кстати, в семидесятые годы. Но от американцев чего и ждать, а наши могли б все-таки обладать какое-то представление о поздних брежневских временах. Да весь быт тогда преломлялся в призме политического анекдота. Ну где и когда еще известие о кончине главы государства повсеместно встречалось самозабвенным смехом? Не сожалением, не равнодушием, не ликованием - смехом?
Очередная подделка под семидесятые так убога, что как-то уже не обращаешь внимания на то, что половинка персонажей "теряется" по дороге. (По законам жанра такое, конечно, недопустимо.)
Может статься, каждый народонаселение заслуживает своих сериалов? Каналы не устают информировать о высоких рейтингах своей продукции. Но социологи давнехонько уже отметили эфемерность подобных замеров. Включенный телевизор - еще не факт одобрения "мыла", потому что он нередко играет образ фона, цветозвукового пятна, живущего без малого отдельной от хозяев телевизора жизнью. Опять же социологи свидетельствуют: представления телевизионного сообщества о том, что должно пользоваться у зрителя успехом, стопроцентно фантастичны. Считается, например, аксиомой, подобно тому как открыто эротические сцены рейтинг "мыла" крайне повышают. Чем эротичнее и откровеннее, тем лучше. На самом деле они только вызывают раздражение. Рядом с каждым недорослем, случайно присевшим перед телеэкраном (допустим, компьютер поломался), сидят совсем неслучайные мамаша и бабушка, которые тут же схлопнут "гадость", чтобы "ребенок" не смотрел. Наша телеаудитория достаточно консервативна. Пуще того, между телевидением и обществом давно уже зафиксирован потаенный конфликт. Но статья 42 закона Российской федерации о СМИ утверждает, что реагировать на недовольство граждан тв не обязано. Вот оно и не реагирует.
Из того, что людям нравится другой раз глянуть вечером "мыло", нисколько не вытекает, что оно должно всенепременно быть хозяйственным, самого дешевого сорта. Когда шли на самом деле добротные и сделанные с уважением к публике сериалы "Черный Ворон" или "Закон" - их с удовольствием смотрели, обсуждали в блогах. Но основная масса сериалов ставится и прокручивается легко так - ни для кого. Мыловарам сильно безразлична потребительская оценка их продукции.
"Не забудьте отключить телевизор!" Не стоило его и включать: даже когда тяжелая от простуды башка и неохота ничего делать.